мобильная версия
Меню
Занятные буковки

Весёлые стишки - 44


* * *
На днях, в полтретьего утра,
Услышав от жены:
- Вставай, тебе домой пора!
Схватился за штаны.
Всего секунд за сорок пять
Одетый, у порога,
Я слышу снова:
- Марш в кровать!
Учебная тревога.

* * *
Лето... Солнце... Море... Пляж...
Дети... Сумки... Муж... Багаж...
Номер... Койка... Душ... Галдёж...
Был ли отпуск - хрен поймёшь...

* * *
Когда бы я поэтом был,
Возвышенным и страстным,
Я б посвятил сердечный пыл
Всем женщинам несчастным.
Немногим в жизни повезло
Любовь и нежность встретить,
Но как назло встречали зло,
И кто за то в ответе?
А я бы мог вполне придти,
Пожертвовав субботой,
И слово доброе найти,
И окружить заботой.
Сводить под вечер в ресторан -
Шашлык, коньяк, креветки.
Иль, на худой конец, стакан
Вина и две конфетки.
Теплом, заботой окружить,
Всплакнуть, взгрустнуть на пару.
В постель, конечно, уложить
От сердца - не на шару.
Нет счастья - не моя вина,
А женщина страдает...
Но только вот моя жена
Сего не понимает.

* * *
Жена и тёща дружно донимают,
Но свет в туннеле виден наконец!
Ещё два месяца и, как сказали майя,
Наступит всем мучениям конец.

* * *
Не сошлось на бёдрах платье,
Юбку трудно надевать,
Я себе сказала: "Хватит,
Прекращаю срочно жрать".
Сразу села на диету
И сижу на ней весь день -
Утром нюхала котлету,
Днём смотрела на пельмень.
Ночь. Верчусь, как в преисподней,
Спать давно уже пора,
Ни за что такой голодной
Не дожить мне до утра.
Не могла же дать погибнуть
Я себе во цвете лет!
Съела торт, пирог с малиной,
Оливье и винегрет,
Съела рыбу заливную,
Вместе с супом и борщом,
Из свинины отбивную,
И потом одну ещё,
Съела брынзу, сыр Российский,
Сервелата два кило,
Съела даже муркин Вискас...
Тут и утро подошло.

* * *
Мораль - проста. Она - такая:
Подруга, брось себя терзать,
Мужик про целлюлит не знает,
Пока ему не рассказать!

* * *
Летала маленькая мушка.
Была свободна и легка.
И вдруг попала в сеть-ловушку
Большого злого паука.

На волю хочет цокотуха,
Но не избавиться от пут.
А рядом с ней другие мухи
В плену паучьем там и тут.

Она глядит, не веря глазкам:
Они не рвутся из сетей,
Они поют, что жизнь прекрасна
И учат этому детей.

Они бескрылой доле рады.
Они уж сами пауки.
Они забыли, что когда-то
Свободны были и легки.

* * *
Я с грустью наблюдаю из квартиры,
Как часто птицы гадят свысока.
И если срущий голубь - символ мира,
То это сраный мир, наверняка.

* * *
В России сегодня есть два государства:
Одно - для народа. Другое - для барства.
В одном государстве шалеют от денег.
В другом до зарплаты копеечки делят.

Меж ними навеки закрыты границы.
О, как далеко огородам до Ниццы!
Не ближе, чем отчему дому - до виллы.
Когда-то таких поднимали на вилы.

В России сегодня есть два государства.
В одном одурели от бед и от пьянства.
В другом одурели совсем от другого...
Но мне не к лицу неприличное слово.

Однажды мое государство взъярится,
Пойдет напролом и откроет границы.
И станет в России одно государство.
А все остальное - сплошное лукавство.

* * *
В джунглях туристы захвачены в плен.
Быть им рагу или пловом...
Люди всё время хотят перемен,
Будучи к ним не готовы.

* * *
Ко мне пришел печальный еж
И молвил так, что стало жутко:
"В лесу наметился падеж,
Сгорела лесникова будка,

Повесился на елке лось,
Что было где-то даже дерзко;
Снимать его два дня пришлось -
Он пах при этом очень мерзко.

Намедни заболела рысь:
У ней пошла угрями рожа.
Врачи сказали: "Зашибись!",
А доктора сказали: "Боже!"

В пруду утоп колхозный гусь,
На пару с ним утопла утка.
Судить я мертвых не берусь,
Но утка все же проститутка.

Во глубине своей норы
Лежит лиса и тихо ноет:
Ее пожрали комары,
А моль доела остальное.

Волк посвятил себя борьбе
За равновесие в природе:
Он зайцев обучил стрельбе
И был расстрелян в огороде.

Желудком мается медведь:
Он пчел сожрал в комплекте с медом.
Теперь он может лишь реветь
И запивать все это йодом.

Один приезжий крокодил
Увидел мышь и испугался,
И в Баден-Баден укатил,
И больше здесь не появлялся.

Решил паук-космополит
Рвануть в Израиль автостопом,
Но был велосипедом сбит
И под березкою закопан.

Хомяк увидел НЛО
И навсегда поехал крышей.
Он сел верхом на помело
И улетел куда-то выше.

А старый дятел много лет
Не мог решить одной загадки:
Есть жизнь на Марсе или нет?
Он застрелился из рогатки.

А белка под покровам тьмы
Варила шишки с белой глиной
И получила год тюрьмы
За производство героина.

А напрочь спившийся барсук
В лесном ларьке за кружу пива
Отдал последний свой утюг,
Что, согласитесь, некрасиво".

Шел еж сюда издалека,
Чтоб мир узнал и ужаснулся.
Ему налил я молока,
Еж отхлебнул...
И захлебнулся.

* * *
Держи кинжал всегда открытым,
Хоть ночь приятна и тиха...
Коль овцы целы, волки - сыты,
То, значит, съели пастуха.

* * *
Воспринимаю как мечту
Жизнь моего кота.
Ему неведома, коту,
Мирская суета,

Не тяжек жизненный багаж,
Неведомы труды,
Его хозяйский патронаж
Страхует от нужды.

Он встал, поел - и вновь прилег,
И в этом - весь мой кот.
С него не станут брать налог
На вискасный доход.

Мое начальство, то есть тот,
Кто на расправу скор,
Отнюдь не требует, чтоб кот
Явился на ковер.

Моя подруга, то есть та,
Которой предан я,
Не просит денег у кота
И не зовет в мужья.

Мои соседи, то есть те,
Кому я - в горле кость,
Не помышляют на коте
Сорвать с похмелья злость.

Кошачьим богом он храним -
Не жизнь, а божий дар!
Но как подумаю, что с ним
Свершил ветеринар...

* * *
То ли рано, то ли поздно.
Я гуляю в небе звёздном.
Наша кошка из окошка
Лапой трогает луну.
Вот не спится с ней вдвоём нам.
Ночь, как видно, пальцем тёмным
Задевает нашу с кошкой
Сокровенную струну.

Знаешь, что это такое -
Море чистого покоя?
Мельтешат снежинки-мошки,
Домовой сопит в трубе.
Мы звучим под светом лунным
Инструментом однострунным.
Брешут, стало быть, что кошки
Вечно сами по себе.