мобильная версия
Меню
Занятные буковки

Притчи и поучительные истории - 7


* * *
Однажды ученики пришли к Учителю и спросили его:
- Почему дурные наклонности легко овладевают человеком, а добрые - трудно и остаются непрочны в нем.
- Что будет, если здоровое семя оставить на солнце, а больное зарыть в землю? - спросил Учитель.
- Доброе семя, что оставлено без почвы, погибнет, а плохое семя прорастет, даст больной росток и худой плод, - ответили ученики.
- Так поступают люди: вместо того, чтобы втайне творить добрые дела и глубоко в душе растить добрые начатки, они выставляют их напоказ и тем самым губят. А свои недостатки, чтобы их не увидели другие, люди прячут глубоко в душе. Там они растут и губят человека в самом его сердце...

* * *
В некое время в некоем государстве жил Министр. И был он на редкость глуп. Однако, глупость эту мало кто замечал, ибо обладал Министр важной наружностью и звучным голосом. И потому произносимые им речи казались нижестоящим не глупыми, а непонятными, а непонятность они относили на счёт собственного недоумия. Что же до равно- и вышестоящих, то прочие вельможи и придворные тоже умом не блистали и, по этой причине, не видели в Министре ничего необычного.
Однажды вызвал его царь и повелел изыскать наискорейший способ пополнить оскудевшую царскую казну.
Министр вытянулся во фронт:
- Будет исполнено, Ваше Величество!
Сказать-то он сказал, но, выйдя из дворца, понял, что не знает, как выполнить монаршую волю. И по обратной дороге в министерство так и не пришло ему в голову ни одной, даже глупой мысли, кроме самой неприятной: "Ох, не быть мне более министром!".
Ужасно как не хочется ему расставаться со своим начальственным креслом, а особенно - с почётнейшей привилегией стоять на царских приёмах восьмым номером в первом ряду. И до слез досадно, что некому перепоручить исполнение приказа, потому что давно он выгнал из своего ведомства всех вольнодумцев и умников.
Идёт он по красной ковровой дорожке в пока ещё свой кабинет. А навстречу ему какой-то незнакомец.
- Ты кто такой? - раздражённо спросил Министр. - И по какому праву расхаживаешь по моему министерству?
- Я есть Младший Проектант вашего проектного отдела! - заикаясь от страха, отрапортовал незнакомец.
- А-а, не признал... Много тут вас у меня... Всех не упомнишь...
И хотел Министр пойти дальше, но вдруг остановился. Потому что пришла ему в голову мысль, пусть и глупая, но других все равно не было.
- Ну-ка, зайди в мой кабинет.
И рассказал Министр самому ничтожному из своих подчинённых про царский приказ и собственное безвыходное положение. Очень уж хотелось ему с кем-то поделиться своей бедой, но не с заместителем же, который и во сне, и наяву мечтает занять его кресло.
- Позволите сказать, Ваше Превосходительство, что это не беда, а так, небольшое затруднение! - радостно воскликнул Младший Проектант. - Есть у меня один проект. Ему второй год ходу не дают, зато сейчас пригодится.
Министр махнул рукой:
- Запускай свой проект! Хуже, чем есть, все равно не будет.
И надо же, проект оказался во всех отношениях успешным. Казна царская в короткие сроки пополнилась, Министру был пожалован орден с бриллиантами и двойное жалованье. Да и Младший Проектант был отмечен: при утреннем обходе департаментов и канцелярий Министр его прилюдно похвалил.
Новый день, новая забота. Снова царь вызывает к себе и требует министерских идей, снова Министру их негде взять. Но на этот раз он уже не так страшится. Прибыв в министерство, сразу вызывает Младшего Проектанта.
- Хочешь опять отличиться?
- Ещё как! - отвечает Проектант, радуясь начальственному доверию.
И отличился. Выдал ворох идей, одна умнее другой, выбрал из них самые лучшие и собственноручно довёл до исполнения.
За эту службу царь подарил Министру два поместья и привилегию стоять третьим в первом ряду при царских выходах. А Министр удостоил Младшего Проектанта своим рукопожатием и правом входить без доклада.
А царь уже ни дня не может обойтись без любимого Министра. Даёт ему все новые поручения, одно труднее другого. И особо ценит его за то, что тот молча кивает, приказов не обсуждает, а лишь говорит в конце аудиенции уверенным голосом: "Исполню, Ваше Величество!"
И потому не удивительно, что спустя полгода царь назначил его Первым Министром с привилегией сидеть в высочайшем присутствии и ездить по городу в карете с эскортом из царских гвардейцев.
Но и поднявшись на головокружительную высоту, не забыл Первый Министр об умном Проектанте. В благодарность за отменную службу женил его на своей любимой секретарше, подарил на свадьбу соболью шубу со своего плеча и двадцать червонцев...
Лучше быть глупым начальником, чем умным подчинённым.

* * *
Однажды мышь заметила, что хозяин фермы поставил мышеловку. Она рассказала об этом курице, овце и корове. Но все они отвечали: "Мышеловка - это твои проблемы, к нам она никакого отношения не имеет!"
Чуть позже в мышеловку попалась змея и укусила жену фермера.
Пытаясь её излечить, жене приготовили суп из курицы. Потом зарезали овцу, чтобы накормить всех, кто приехал навестить несчастную больную. И, наконец, закололи корову, чтобы достойно накормить гостей на похоронах.
И всё это время мышь наблюдала за происходящим через дырочку в стене и думала о вещах, которые не имели к ней никакого отношения...

* * *
Выключатель был маленький-маленький. К тому же - черный, и, как говорили, - плоский. Лампочка была большая-большая. К тому же - яркая, и одетая в столь прекрасную и модную люстру, что нет ничего удивительного - Выключатель в нее влюбился. Ему очень нравилось, что она то вспыхивала - и тогда казалась веселой и беззаботной, то гасла - и тогда представлялась задумчивой и нежной. К тому же, у нее были такие прекрасные формы, а эта широкополая люстра - с ума сойти! В общем, Выключатель очень страдал. Лампа висела в центре комнаты, а Выключатель торчал в углу, откуда мог только вздыхать. Лампочка кокетливо подмигивала. Но быть вместе они никак не могли. Никогда.
Оконное Стекло было никакое. Его даже никто не замечал. Смотрели, казалось бы, на него, а говорили что-нибудь вроде: "Какая сегодня хорошая погода". Или: "Посмотри, какой на улице смешной щенок". А про Оконное Стекло никто никогда не говорил ничего хорошего, разве ругали иногда: "Стекло, - говорили, - опять грязное". Было отчего разозлиться и обидеться. К тому же, Оконное Стекло считалось далеким родственником Лампочки, и судьба Лампочки всегда казалась ему более светлой.
И вот однажды Оконное Стекло сказало:
- Послушай, друг Выключатель.
Выключатель и Оконное Стекло никогда не дружили, но когда говорят что-нибудь неприятное - часто лгут.
- Послушай, друг Выключатель, - повторило Оконное Стекло для пущей убедительности. - Ты хоть знаешь, по кому вздыхаешь, наивный? Ты хоть знаешь, что Лампочка без тебя жить не может?
Выключатель очень обрадовался и испугался. Так всегда бывает, когда дело касается любви.
- Ты же ее король, ее начальник, ее повелитель, - Оконное Стекло даже задрожало от волнения. Когда хочешь сделать гадость - тоже волнуешься. - Если ты захочешь - она будет светиться. Не захочешь - погаснет. Было бы твое желание - и она будет мигать каждую секунду или не гореть вовсе. Что ты страдаешь? Она - твоя слуга, подчиненная, рабыня. А ты по ней вздыхаешь, дурачок...
От удивления Выключатель ушел в себя - выключился, и тотчас погасла Лампочка.
- Что ты мне сказало? Как ты можешь так называть ее! - вышел из себя Выключатель, и Лампочка включилась.
- Ну, убедился? - радостно задребезжало Оконное Стекло.
- Это правда, ты так зависишь от меня? - спросил Выключатель Лампочку, потому что влюбленные верят только друг другу.
- Правда, - вздохнула Лампочка и будто потускнела. - Теперь ты можешь делать со мной, что хочешь. Теперь ты понял, как я завишу от тебя, и любовь превратится в рабство.
- Вот так-то... А то вздыхают тут, спать не дают, - очень противно дзинькнуло Оконное Стекло.
- О чем ты? - улыбнулся Выключатель. - Значит, на самом деле мы не далеки друг от друга, и это все обман? Значит, мы связаны? Значит, самой судьбой уготовано нам быть вместе. Теперь мы будем жить с тобой очень счастливо: когда ты захочешь, только скажи мне - вспыхнешь ярким светом. Устанешь - будешь отдыхать. Я стану защитником твоего света. И сторожем.
- Вот дурак! - выругалось Оконное Стекло. Так часто бывает: когда нечего сказать - ругаются.
На этом можно было бы поставить точку, но если уж быть правдивым до конца, надо добавить: Лампочка эта никогда не перегорала. Все вокруг удивлялись: как неправдоподобно долго горит эта Лампочка. Все вокруг, наверное, просто не знали: эту Лампочку любят...

* * *
Однажды Лягушка услышала пение Соловья и пришла в восторг. Соловьи ведь действительно неплохо поют, это даже лягушки не могут не заметить.
"Вот было бы здорово, - подумала она, - если бы и другие птицы так же умели! А то во всём лесу ни одного настоящего певца: одни курлыкают, другие каркают, третьи ухают, а чтобы за душу брало - этого нету. Такая жалость!"
И Лягушка принялась учиться у Соловья. Каждый вечер она приходила к тому дереву, где он имел обыкновение петь, и старательно повторяла все его трели - ну, как умела. Сперва ничего не получалось. Но прошло несколько месяцев, и её усердие было вознаграждено - Лягушка выучила несколько нот. Не все, конечно, только две или три, но для начала (и для лягушки) это большое достижение.
Поскольку ей не терпелось поскорее приступить к работе, она сразу поскакала в лес и там стала обучать птиц и зверей тому, что выучила сама. Конечно, её мало кто воспринял всерьёз. Но Лягушка не сдавалась, она уговаривала, убеждала, вдалбливала новые идеи в неподатливые головы лесных жителей, заражала их личным примером...
И её усердие вновь было вознаграждено. Прошло несколько месяцев, и в лесу все научились квакать. С присвистом.

* * *
Бог создал мир, и сначала он так и жил в этом мире, на базаре. Однако, жизнь его стала кошмаром - ни единого мгновения покоя. Люди стояли в очереди целый день, будили его и ночью, у иных было столько жалоб, столько всего было не так. Они приносили все новые предложения - как надо все изменить, как все переделать - и так обо всем и каждом.
Мука стала невыносимой, и он спросил у своих ближайших ангелов:
- Что делать? Эти люди достали меня! Кто-то приходит и говорит: "Послушай, завтра не должно быть дождя, потому что я собираюсь на рыбалку", - и сразу после него приходит женщина: "Завтра мне совершенно необходим дождь, потому что сегодня я посеяла семена, и если завтра пойдет дождь, они хорошо взойдут"...
Одним словом, Бог раскаивался: зачем ему понадобилось создавать человека? Без человека жизнь была мирной, тихой - деревья, звери, птицы. Все они радовались жизни без всякого страха смерти, без всяких религий, без всяких философий, теологий и войн. Все было совершенно спокойно. Но в тот день, когда он создал человека, он совершил свою первую и последнюю ошибку. Поэтому он и спросил: "Что же мне теперь делать?".
Кто-то из ангелов предложил:
- Отправляйся на Эверест.
Бог сказал:
- Ты не знаешь... Я же предвижу будущее. Скоро Тенсин и Эдмунд Хиллари доберутся туда, и, если они найдут меня там, то, будь уверен, они проложат дороги, пустят автобусы, а, может, и поезда - и та же беда начнется снова.
Кто-то из ангелов сказал:
- Тогда тебе лучше перебраться на Луну.
Но Бог ответил:
- Ты не видишь будущего. Скоро они доберутся и до Луны. Дайте мне такую идею, чтобы им никогда до меня не добраться!
И тогда старый ангел, который все это время слушал, шепнул ему на ухо:
- Тогда есть только одно место. Начни жить в самом человеке, в его душе; это единственное место, куда он не побеспокоится заглянуть никогда. Он будет рыскать по всему свету, на небе, далеких звездах - но не заглянет внутрь себя...

* * *
Как-то шел по дороге мудрец, любовался красотой мира и радовался жизни. Вдруг заметил он несчастного человека, сгорбившегося под непосильной ношей.
- Зачем ты обрекаешь себя на такие страдания? - Спросил мудрец.
- Я страдаю для счастья своих детей и внуков! - Ответил человек. - Мой прадед всю жизнь страдал для счастья деда, дед страдал для счастья моего отца, отец страдал для моего счастья, и я буду страдать всю свою жизнь, только чтобы мои дети и внуки стали счастливыми.
- А был ли хоть кто-то счастлив в твоей семье? - спросил мудрец.
- Нет, но мои дети и внуки обязательно будут счастливы! - ответил человек.
- Неграмотный не научит читать, а кроту не воспитать орла! - Сказал мудрец. - Научись вначале сам быть счастливым, тогда и поймешь, как сделать счастливыми своих детей и внуков...

* * *
Однажды к Мастеру Вану пришли трое его детей, и каждый желал странного.
- Отец, - жеманясь и краснея, сказал старший сын. - Мне кажется, я люблю мужчин больше, чем женщин. А среди мужчин я больше всех люблю Сунь Ахуя из соседней деревни. Он такой... Такой!.. Он как Бьякуи из "Блича"!.. Я понимаю, ты хотел видеть во мне опору в будущем, продолжателя рода и наследника своего мастерства, но... Извини, я хочу иначе. Ничего, если я приведу в дом Сунь Ахуя, и мы будем спать в одной кровати и сидеть у огня, держась за руки?..
- Папа, - потупясь, сказал средний сын. - Мне кажется, я пацифист и не могу даже смотреть на оружие, мясную пищу и чужие страдания. Я понимаю, ты хотел бы видеть во мне сильного воина, победителя и защитника, который прославится на всю Поднебесную, но... Извини, я хочу иначе. Ничего, если ты отмажешь меня от армии, и мы возьмем в дом нашего поросенка, которого мы откармливаем на Праздник Фонарей? Я назову его Пикачу, буду купать в теплой воде, повяжу ему на шею синий бантик, и мы с Пикачу будем кушать только растительную пищу...
- Папа! - сказала любимая дочь Мастера Вана, Ма Сянь, водя изящной ножкой по глиняному полу. - Ты знаешь, я ведь молодая, красивая и умная девушка. Поэтому я хочу самореализоваться и пожить для себя. Я понимаю, ты хотел бы видеть во мне любящую жену, умелую хозяйку и заботливую мать своих многочисленных внуков, но... Извини, внуков у тебя не будет. Ничего, если я уеду в город, стану там офисным работником, сделаю карьеру и стану чайлдфри? А по выходным я буду приезжать к тебе в дом престарелых на своем "Матисе" и куплю тебе замечательное кресло-качалку...
Мастер Ван уже открыл было рот, чтобы громко высказать детям все, что он о них думает, но так и не издал ни звука. "А нужно ли? - подумал он вдруг. - Да какое же я имею право решать за своих детей, как им жить, с кем спать, что есть, во что верить? Они же самостоятельные личности! Ну и что, что старшему всего семнадцать? Подумаешь, мне не нравится! Ничего, потерплю, зато дети мои будут счастливы! В конце концов, чем цивилизованнее человек, тем он толерантнее, так неужели же я буду вести себя как дикарь?!"
- Хорошо, - устало сказал он, - живите, как хотите...
Прошло десять лет. Дети жили, как хотели, и Мастер Ван с ними просто замучился...
Однажды он пришел к соседу поделиться своим несчастьем и увидел, что Мастер Чжан сидит в беседке перед садом камней, пьет сливовое вино и курит свою любимую кривую трубочку.
- Как поживаешь, сосед? - спросил Мастер Ван. - Все ли в порядке? Как детишки?
Мастер Чжан неторопливо отпил из чашки и ответил:
- Старший сын женился на дочери уездного судьи. Они живут душа в душу, сын хорошо зарабатывает, у них в городе большой дом. Средний сын служит в императорской коннице на южных рубежах Поднебесной. Он начальник "длинной сотни" конников. Враги боятся его, как огня, друзья любят, подчиненные уважают, а начальники ценят. А дочь - что ж, вон моя красавица-дочь, ее любимый муж и пять моих внуков...
- Невероятно! - вскричал Мастер Ван. - Но разве десять лет назад твои дети, будучи молодыми, горячими и глупыми, не приходили к тебе, желая странного?!
Мастер Чжан степенно кивнул.
- Как же тебе удалось воспитать таких славных детей?!
- Я просто сказал им, что если они не перестанут валять дурака, я пере..бу их лопатой...
С тех пор последователей Мастера Вана зовут "толерастами", а последователей Мастера Чжана - "шовинистами".