мобильная версия
Меню
Занятные буковки

Смешные истории - 63


* * *
Вчера уборщица на работе отожгла. Подходит к народу в курилке и невинно вопрошает:
- Народ, а компьютером умеет кто пользоваться?
Ну, естественно множество согласно кивающих голов.
- Тогда, - говорит, - садитесь за них, выходите в интернет и ищите, суки, сайт, где учат пользоваться сортиром!..

* * *
Эта правдивая байка случилась где-то в Америке, но вполне могла случиться и у нас с каким-нибудь Новым Русским или государственным чинушей (что, впрочем, почти одно и тоже). Итак, вот вам мой вольный перевод с английского.
Один из авиарейсов американской компании Юнайтед Аир отменен. И все пассажиры этого рейса терпеливо стоят в очереди к очаровательной представительнице компании, чтобы их переписали на ближайший удобный для них рейс. И вдруг, расталкивая других, подваливает какой-то наглый тип и говорит, что ему надо переписать билет на такой-то рейс, причем Первый Класс ONLY.
Ну, девушка ему вежливо так говорит что, мол, не будет ли так любезен многоуважаемый господин встать в очередь, как все другие. На что наглый америкос зашипел на нее:
- Да ты знаешь КТО Я ТАКОЙ?!
Девушка спокойно берет микрофон и объявляет на весь аэровокзал:
- Леди и джентльмены! Сэру возле восьмой стойки требуется помощь. Не может ли кто-нибудь идентифицировать его личность. Он забыл кто он!
Очередь упала со смеху, а борзый тип только и смог сказать: "фак ю!!!"
На что милое создание, не меняя выражение лица, заявила:
- Очень сожалею Сэр, но и для этого Вам тоже придется встать в очередь!

* * *
Со слов моей знакомой. Когда-то давно захотел её бросить муж. Некрасивая, дескать. Тогда она ему сказала: "Давай так. Будешь идти за мной по городу, и если хоть один мужик за мной не обернётся - можешь бросать".
Муж подумал и согласился. Он был несказанно удивлён, когда увидел, что ВСЕ(!) встречные мужчины оборачивались вслед его неказистой жене. Даже машины притормаживали.
В итоге семья сохранилась, выросло двое замечательных детей, и всё было хорошо.
На 40-летие свадьбы жена призналась: "Дорогой, я тогда всем мужикам язык показывала... "

* * *
Начало нулевых. В большом книжном магазине добрый дядя Эдуард Успенский проводит автограф-сессию для детей. У него вышел сборник сказок - толстый, с красной обложкой - и вот он теперь подписывает новые книжки для мальчиков и девочек. Кому-то просто фамилию ставит, а кому-то и рожицу внизу подрисует.
В дальнем конце зала стоят двое оболтусов - Стасик и Тимоша. Они пришли поздно, и книжек им не досталось - всё уже раскупили. Тимоша чуть не плачет - ему так хотелось автограф! Особенно если с рожицей. Стас его утешает:
- Не хнычь, мелкий. Щас всё поправим. Иди купи такую же красную книгу и смотри, чтоб толстая была. Всё равно он подписывает разворот - мы сразу на развороте откроем и ему в руки сунем. Он даже ничего не заметит.
Тимоша кивнул и через две минуты вернулся с книгой.
- Купил?
- Купил. Похожа вроде.
Стасик и Тимоша встали в очередь и стали ждать. Стояли они последними, поэтому, когда пришла их очередь, Успенский мог и поговорить:
- Что это у вас, ребята, одна книга на двоих? Не хватило денег? Ну, не страшно, зато я вам сейчас настоящий автограф напишу.
Тимоша сунул Успенскому открытую на развороте книгу, и тот, секунду подумав, стал писать: "Моим голубоглазым друзьям я желаю никогда не унывать, брать пример с героев этой книжки и вырасти в настоящих мужчин. Эдуард Успенский".
Затем Успенский захлопнул разворот, посмотрел на обложку и... остолбенел. Лицо его вытянулось. Помолчав секунд пять, он сказал гробовым голосом:
- Я вам её не отдам...
Книжкой оказался "Майн Кампф".

* * *
Была у меня такая дурная привычка - поигрывать дома на трубе. Из-за этого мой сосед слева даже поменял квартиру. Стало мне, я бы сказал, стыдно, пошел я на ближайшую толкучку и скинул по дешевке эту трубу какому-то типу. И вдруг ближайшим вечером я слышу звук своей трубы у соседа слева, который вроде бы оттуда уехал. Оказалось, туда уже вселился новый сосед - ему-то я, по несчастью, и впарил свою трубу...

* * *
- Неправильно ты, юноша, лимонад продаёшь, - с неудовольствием поджав губы, сказал мне старый еврей.
Дело в том, что продавая в те мальчишеские годы сироп, разведённый газировкой, я, как и любой мальчишка, мечтал чуточку подзаработать. Однако не долить покупателям сиропа было как-то совестно. И доблестная милиция (тогда ещё советская, а точнее, ОБХСС) тоже могла явиться и проверить, не сэкономил ли продавец. Об этом я и сказал напрямик дяде Абраму.
- Кто ж тебя просит не доливать? - изумился дядя Абрам. - Не доливать нехорошо, стыдно. Вот был бы ты шахматистом, я бы тебе сказал подумать головой, но поскольку шахматистом тебе не быть, я тебе сам всё объясню...
И объяснил дядя Абрам, что сироп нужно наливать честь по чести, чтоб лимонад был хорошим и сладким. А после сладкого лимонада, который жажду утоляет не очень, предложить покупателю чистой газировки за одну копеечку. Воду-то и газ никто не считает...
- Учись, юноша, учись. Всё равно не выучишься, - удовлетворённо приговаривал дядя Абрам, когда я прибегал хвастаться своей выручкой. И в глазах у него поблёскивал озорной огонёк, потому что он знал ещё много таких вот простых секретов. А главное - умел придумывать новые.

* * *
У клиентов барахлит комп. Коллектив чисто женский, но клиент крупный - послали им нашего специалиста. Он повозился, разобрал системный блок, что-то там мудрил-мудрил, а потом приносит местной начальнице лист бумаги, на котором какие-то червячки сложены и объясняет - мол, вот она, причина сбоя компьютера, они все загадили, вот и барахлило, я почистил.
Дамы в благоговейном молчании окружают бумажку с червячками и смотрят, смотрят, смотрят... Потом одна изрекает:
- Так это и есть вирус?

* * *
Капитан Петренко озадаченно смотрел на очередную гордость советской многонациональной армии, прибывшую в его распоряжение. Ростом гордость была где-то 155 см. Обмундирования такого размера не нашлось и поэтому гордость испуганно моргала, как бы выглядывая изнутри просторной формы рядового-мотострелка.
Однако капитан Петренко был озадачен вовсе не внешним видом пополнения. Основная проблема заключалась в том, что новоиспеченный защитник родины не говорил по-русски. И не понимал. Совсем. Когда он слышал громкую команду, то догадывался, что надо куда-то бежать и что-то делать, но вот куда и что...
Знаков различия он не понимал и кажется думал, что служебное положение военнослужащего напрямую связанно с его ростом и весом. Так, он напрочь отказывался признавать своего взводного, которому довелось быть среднего роста. При этом он боготворил старшину роты (190 см/120 кг) и пытался бегать за ним, лопоча что-то непонятное...
Решение созрело быстро. В качестве учителя русского, наставника и переводчика был вызван мл. сержант Исламбеков, как две капли воды похожий на новоприбывшего. Отслужив уже год, Исламбеков хоть и не признавал падежей и склонений, но в общем неплохо изъяснялся на армейском-русском и как птица говорун иногда отличался умом и сообразительностью.
Получив задание, Исламбеков увел ученика в казарму, выговаривая ему что-то на своем языке и корректируя направление движения легкими толчками. Было видно, что бойцы нашли общий язык.
Результаты не заставили себя ждать. Уже к концу недели новый солдат узнавал своего командира, уверенно находил место в строю, знал где лежат ведра и тряпки и выполнял с десяток основных команд голосом. По истечении трех месяцев он освоил около сотни слов и выражений и уверенно влился в основные ряды.
Капитан Петренко был доволен и как-то при случае похвалил Исламбекова за проявленные педагогические таланты, и между прочим спросил: не приходится ли новый боец ему дальним родственником, уж больно похожи.
Так товарищ капитан случайно узнал, что бойцы не только не являются родственниками, но так же не являются соседями, и вообще никем друг другу не являются и говорят на разных языках, т. к. прибыли из разных республик необъятного Советского Союза...

* * *
Сегодня стою в очереди в аптеку. Аптекарь, молодая девушка, что-то считает на калькуляторе.
Распахивается дверь, входит женщина, явно торговка на базаре. Расталкивает очередь, подходит к прилавку и отвешивает оплеуху аптекарше. Та падает за прилавком. Торговка перевешивается через прилавок и спрашивает:
- Тебя как зовут?
- Лена.
- А Наташка где?
- Уже неделю как уволилась.
- Ну сука! Найду убью!
Повернулась и вышла.
В аптеке установилась мертвая тишина. Через минуту дверь приоткрылась...
- И тебя убью, если будешь на моего мужика вешаться!
Дверь закрылась. Опять тишина, и растерянный голос девушки:
- Ни имени, ни фамилии! Что же мне, теперь, совсем не трахаться?

* * *
Пора покаяться в грехе молодости...
Будучи студентом, жил в общаге и вечно холодил голодным, поскольку стабильной халтуры не было. Периодически сдавал кровь за бабки, но это, конечно, не заработок. Даже на дешевую студенческую столовку, где кормили тогда буквально за копейки, этих самых копеек не хватало. Но в тот раз я на обед наскреб и двинулся на праздник живота.
От второго блюда, опять-таки из-за недостатка средств, я мог и отказаться, но от горяченьких щец - никогда. Их обычно отпускала одна и та же толстая задумчиво-мечтательная тетка. Справа от нее на подставке стоял чан с теми самыми жиденькими щами, выше ярусом - горка пустых тарелок, а слева - тарелка с кусками мяса. Отпуская клиента, она брала пустую тарелку, бросала туда один кусочек из тарелки с мясом, а потом вливала два половника жидкости.
И вот подхожу я к ней на позицию, а она, как обычно, смотрит мечтательно вдаль, думая, вероятно, о бренности земного бытия, и наливает два половника щей, но не в пустую тарелку, а в ту, что битком набита мясом!
Я проглотил слюну и совесть, молча эту тарелку забрал и сел в самый уголок, чтоб мне никто не мешал наслаждаться развратом. Чавкая и давясь, я подчистую сожрал все эти примерно так 25-30 порций.
Нехороший, конечно, поступок, и Всевышний меня наказал: ТАК в жизни мне больше никогда не везло...