мобильная версия
Меню
Занятные буковки

Смешные истории - 173


* * *
Есть у меня коллега, милый и добрый человечек. Мы с ней, в силу обстоятельств, всегда приезжаем в офис первыми. И вот чудесное утро понедельника. Мы одни. Я в наушниках, пытаюсь работать, а гадкая клавиатура все время залипает. Не выдерживаю такого произвола с ее стороны, начинаю орать: "Что ж ты, сука, не работаешь?! Я тут работаю с утра, а ты нет!" Срываю наушники, поднимаю глаза... Коллега, давясь бутербродом, испуганно смотрит на меня и, заикаясь, так жалобно:
- Я кушаю...

* * *
Эта история приключилась уже давно - аж 28 лет назад. Мы, пацаны, очень любили взрывать бомбы, которыми назывались самодельные устройства, изготовленные из магния, марганцовки и спичечных головок. В литейном цехе доставали большие куски магния, долго пилили их напильником, полученный порошок перемешивали с марганцовкой, потом заворачивали в бумагу, обматывали изоляционной лентой, делали фитиль из спичечных головок, поджигали и...
Следовал очень весёлый и очень громкий БАБАХ!!!, сопровождаемый ослепительной вспышкой и белым дымом. Это увеселение конечно же не одобрялось нашими родителями, но строго не наказывалось, так как считалось сравнительно безопасным, и в результате продолжалось довольно долго.
Наконец просто так взрывать и бабахать нам надоело. И вот кому-то пришла в голову гениальная мысль - надо ночью бросить бомбу перед подъезжающим автомобилем, чтобы вместе с нами мог порадоваться и водитель!
Ночью мы вчетвером вышли на улицу, выбрали самое темное место, чтобы эффект был сильнее, и стали ждать. Ждали довольно долго, так как машин тогда было намного меньше, чем сейчас. Наконец из-за поворота показались долгожданные фары автомобиля. Как только они приблизились, я поджег фитиль и бросил бомбу на асфальт...
В следующий миг я понял, что совершил огромную ошибку. Машина (как оказалось, милицейская) остановилась, и из неё вышел милиционер. Милиционер с интересом подошел к бомбе, которая почему-то не взрывалась (фитиль отсырел или был длинноват), осмотрел её, потом, видимо решив, что ничего серьезного тут нет, пнул её ногой. В этот момент бомба сработала. Эффект превзошел все ожидания!
Правда, что было потом, я не видел, так как вместе с соучастниками преступления изо всех сил бежал прочь. Милиционер, наверное ослепленный взрывом, за нами не гнался, но мы были уверенны, что тюрьма нам уже обеспечена, а потому бежали как от смерти - до дома сделали крюк лесом примерно в 5 километров, шли бродом по реке, чтобы собаки след не взяли, в дом заходили по одному...
Но всё это веселье получило неожиданное продолжение лет через 15, когда я уже сам работал в милиции, в другом городе, и на дежурстве рассказывал эту историю коллегам. Один из них, уже пожилой старшина, очень внимательно выслушал байку, а потом очень недобрым голосом выдавил из себя:
- Так это, сука, был ты...
А это, оказывается, был он.

* * *
23 февраля - праздник в стране Советской (ну, уже не в стране, а странах, и далеко не советских, но это мелочи)... Ну, а для моей семьи это двойной праздник. Моему деду сегодня, именно 23 февраля, исполнилось 95 лет. А родился он летом. Да, да, это не описка. Он родился 23 февраля и летом. А точнее, его в капусте нашли. И это тоже не описка.
Не каждому удаётся войти в этот свет с приключением, а ему удалось. Правда, от него мало что в этом деле зависело.
Он родился примерно 20 июля 1921 года. А когда точно, даже его собственные родители не особо помнили. Да и он никогда не интересовался. "Да и зачем, разве это важно?" - говорит он. Это сейчас рождение ребенка в семье - вселенский праздник, а тогда, почти 100 лет назад, это было достаточно рутинное событие в деревне. Ну родился, ну забот прибавилось. Родился живым - хорошо, мать родами не умерла - ещё лучше. Ну, а если выжил первые несколько лет без прививок, памперсов, манежей, ходунков, безопасных игрушек, фирменных колясок, и, да смею я сказать, без Айфона, так вообще замечательно. А нет, тогда других нарожаем.
Не знаю как где, а в их деревне в далёком 1921 году особо не спешили рождение детей регистрировать. Своего регистрационного стола не было, а в город не слишком часто выбирались, лишь на базар или каких-либо необычных припасов подкупить. Ну, а когда время было во время городского визита, тогда и регистрацию делали. Иногда ребенка и через несколько недель, и даже месяцев регистрировали.
Ну, а когда дед мой народился, буквально через две недели полдеревни выгорело. Да и не мудрено - лето жаркое, крыши в большинстве домов из соломы, лампы у всех керосиновые. Достаточно одной оплошности и сильного ветра - и полыхнула деревня, как свечка. Повезло, что дело вечером было, а не ночью. Из горящей хаты мой прадед и прабабушка выбежали, новорожденного моего деда и его полуторагодовалую сестру вытащили, но куда их девать? Детей в капустную грядку усадили, что подальше от дома, ну а сами побежали тушить, добро спасать, что ещё не сгорело. Ну и соседям помочь тоже конечно надо.
Вернулись назад уже поздно, а детей и нет. Точно же в грядку посадили... Ну, мелкая-то, допустим, куда-то уползти могла, но грудничок-то где? Ну, кому же дети могут понадобиться? Это сейчас детей похищают, а тогда лишний рот в семье мало кому нужен был. Но побегали конечно, поискали. Хорошо, что кто-то обмолвился, что видел троюродную сестру прадеда около пожара (она на другом конце деревни жила, том, что пожар особо не тронул). На том и успокоились, поняли, что это она, скорее всего, детей и взяла. Так и оказалось. На следующий день она их обратно принесла, целых и накормленных (как я понял, у неё тоже грудной малыш был).
Хаты, хлева, курятника, и т.д. после пожара как не бывало. Пришлось заново всё отстраивать, с нуля. Одно хорошо, кузня уцелела. А значит, есть где работать с утра до ночи, значит, будет хлеб. А так не велики баре, и в кузне можно пожить, или в шалаше, ну а на худой конец, если холодно, то и угол снять можно. У друзей, да и у родственников же тоже хаты погорели. А дети, да что им будет? Пускай растут. В люльку самодельную мелкого запихнули, куклу из кукурузного початка и пару тряпочек малой дали, вот и славно.
К зиме отстроились снова и только тогда вспомнили, что дед-то мой не зарегистрирован нигде. Ну ничего, в город поедем, сделаем. И попал мой прадед в город аккурат 23 февраля 1922 года, примерно через 7 месяцев после рождения деда. Объяснять кому-то чего-то в регистрационном столе он не стал, только время терять, просто сказал, что сегодня дитё и народилось, так и записали.
Так-то оно так, да вся жизнь по-другому пошла. Июль 1921-го - это значит, пацану в армию в сентябре 1939-го идти, прямиком на Финскую войну, как пушечное мясо. А февраль 1922-го - это уже весенний призыв 1940 года, а ежели ты студент, то вообще осенний призыв 1940-го (давали год доучиться). А раз уж ты в армию из института пошел, то таких хороших солдат через 7-8 месяцев на курсы младших лейтенантов направляли.
А встретить 1941 год простым солдатом на Белорусско-Польской границе или Ванькой-взводным на Кавказе - это две большие разницы. А, может, и не такие уж и большие. Всё-таки и Керченский десант, и горы Кавказа, и Смоленск, Польша, Пруссия и Манжурия - не совсем курорт, пускай и для Ваньки-взводного.
Больших наград он не нажил, всего лишь 3 боевых ордена и 5 боевых медалей (а юбилейные медали и горбачевский орден он не уважает, кличет их "цацками"). Много ли это для взводного? Не знаю. Ему, говорит, хватает. И чинов больших он не заработал. Выкинули из армии капитаном из-за "делa врачей". Много ли это? Не знаю. Он говорит, и этого достаточно, не всем же быть генералами. "Глупости это всё," - он говорит.
А вот то, что он простым учителем математики в школе 30 лет отработал, это дело серьёзное. А что ни директором школы, ни завучем не стал, ну так что с того? С детьми же тоже кто-то заниматься должен, почему бы не он? И математика - штука нужная. Одно его печалит, сейчас всё больше "отнимать" и "делить" учат, а он-то больше старался научить как "умножать" и "прибавлять". Может и другие времена придут... Может быть.

* * *
Мой брат принес домой новенький собачий ошейник, пахнущий кожей и с магазинной биркой.
- Так, - сразу все поняла мама. - Этого не будет никогда! - строго сказала она. - Собаки еще только в нашем доме не хватало!
Брат молча прошел в комнату и повесил ошейник над своей кроватью. Получилось здорово.
- Где ты взял деньги? - спросил папа.
- Накопил, - уклончиво объяснил брат. - Три месяца откладывал помаленьку...
- Понятно, - развел руками папа. - Значит, наш младший сын уже три месяца мечтает о собаке.
- Я тоже мечтаю! Я тоже мечтаю о собаке! - встрял в разговор и я. - Уже целую неделю мечтаю! Даже нет, восемь дней!
Это была неправда. О собаке я мечтал всю свою жизнь, с самого рождения. Но ведь не я же, втайне собирая деньги, которые родители дают на завтраки в школе и всякие другие пустяки, купил в конце концов великолепный новенький ошейник из желтой кожи и с заклепками. Я не мог обидеть моего брата и потому сказал всего про восемь дней.
- Мечтать не вредно, - согласилась мама.
Потом мы, как всегда, делали с братом уроки. Он свои, чепуховые, за третий класс, а я - серьезные, на сложение простых дробей. И время от времени поднимали головы от тетрадок и поглядывали на собачий ошейник, который висел над кроватью брата.
- В прошлом месяце было тридцать дней? - вдруг начал вспоминать я. - Нет, тридцать один! Значит, завтра будет девяносто три дня, как ты мечтаешь о собаке!
Брат мой в ответ угрюмо засопел.
- А если к твоим дням прибавить девять моих, то получится сто два дня несбыточной мечты! - подсчитал я.
- Да уж, - печально вздохнул наш папа. Он сидел в кресле с газетой и все слышал.
- Несбыточные мечты... - повторил папа мои слова. - Такого не бывает. Если мечта правильная, она обязательно сбудется.
А в субботу наш папа куда-то надолго ушел с утра. Вернулся и сразу же позвал всех нас в прихожую.
- Вот... - сказал папа смущенно, когда мы собрались. - Я сложил три числа, и получилось, что мы мечтали об одном и том же тридцать четыре года, три месяца и одиннадцать дней... Это по состоянию на сегодняшнее утро!
Сказав так, папа осторожно распахнул пальто и вытащил из-за пазухи серого лохматого щенка с черными сверкающими глазенками.
Мы с братом онемели и остолбенели до такой степени, что даже не закричали "ура".
Наша мама как-то странно посмотрела на папу. Он так и продолжал стоять в распахнутом пальто, прижимая щенка к груди.
- Прибавь еще двадцать семь лет к мечте, - вдруг изменившимся голосом попросила мама. - Нет, пожалуй, двадцать восемь.
Мама открыла шкаф и достала из самой его глубины запрятанную когда-то синюю собачью миску...

* * *
Огромный супермаркет, жена затерялась где-то между молочным продуктами и крупами. Хожу, ищу ее.
Подлетает симпатичная работница:
- Я чем-то могу помочь?
- Э... Не уверен.
- Вы что-то конкретное ищете?
- Да, жену.
- Не, ну так сразу я не могу, давайте хоть кофе выпьем!

* * *
Эту байку или рассказ я подслушал на каком-то семейном мероприятии, когда был ещё ребёнком. Речь шла о родственнице, которую по распределению отправили в одно из сёл староверов учительствовать в местной школе.
Молодую учительницу определили на временное подселение к старому деду, одиноко жившему в большом доме.
Старик встретил девушку приветливо, отвёл большую и светлую комнату, помог с вещами, показал, что да где.
К вечеру дед накрыл стол и пригласил гостью к самовару. Сидели долго, разговаривали, пили чай с вкусными вареньями, и когда стемнело, девушка, поблагодарив деда, хотела встать из-за стола, но не тут-то было.
Увидев, что девушка хочет уйти, дед сказал:
- Ну, раз попила чаю, теперь показывай жопу!
Девушка онемела, ноги от такого предложения аж к полу приросли, а дед, глядя ей так приветливо в глаза, продолжает:
- Ну что, жопу покажешь али ещё чаю?
Растерявшись и не зная, что делать, молодая учительница еле вымолвила:
- Чаю...
Дед налил ей чаю и продолжил разговор о бытие-житие, о селе, о своей покойной бабке. Говорил спокойно и доброжелательно, и девушка успокоилась и решила, что всё это ей просто послышалось. Наконец, она вновь, поблагодарив, хотела уйти из-за стола, как вдруг снова чётко и ясно услышала:
- Так жопу-то показывать будешь?
Советская девушка, комсомолка, отличница, даже не целовалось ни разу и вдруг такое!
И девчонке стало страшно. Напротив неё сидел хоть и довольно старый, но крепкий ещё и большой дед.
- Ну что, жопу аль ещё кружку чая?
Девушка обречённо вздохнула и пискнула:
- Чаю!
- Крепкая однако, - сказал дед и налил ей ещё одну большую глиняную кружку.
Третья кружка уже не лезла в горло, но девушка через силу глотала глоток за глотком.
- Ох, милая, вижу, совсем утомилась, - вдруг сказал дед и, допив свою кружку, перевернул её и поставил на стол донышком кверху. - Ну вот, чаю попили, теперь и почивать можно...
Как оказалось, в том селе "показать жопу" - это старинный обычай, когда гость и хозяин переворачивают кружку, показывая тем самым своё уважение друг к другу: мол, всё выпил до конца, было вкусно, спасибо. А донышко кружки - это и есть та самая жопа.

* * *
Знакомые завели собаку, помесь английского бульдога незнамо с чем. Довольно забавная на вид, но с серьезным дефектом. Из-за укороченной носоглотки, доставшейся по бульдожьей линии, но с вполне нормальными физиономией и шеей, доставшимися от незнамо кого, песик вместо привычных гав-гав, издавал звуки, похожие на слоги: "ма", "да", "на". Но со временем дефект превратился в интересные способности, пес научился довольно внятно, для собаки, естественно, произносить "да", а затем вообще слово "мама", чем очень забавлял всех знакомых.
Однажды, когда знакомая выгуливала Робина, так назвали собаку, появился тип с собакой. Самодовольный, с вычурными манерами, не очень приятный, с короткошерстным колли на поводке, который был прекрасно натренирован. Колли легко и безукоризненно исполнял все собачьи упражнения: брал барьеры, бегал по бревну и тому подобное. Устав от игр, незнакомец заговорил. Охарактеризовал своего питомца, как лучшего в стране, благодаря себе, естественно. Себя назвал гением дрессировки и собаководства. После чего, высокомерно оглядев пса знакомой, пренебрежительно заключил:
- А у вас непонятная помесь. Глупее псов не бывает.
Знакомая перечить не стала. И, посмотрев на Робина, произнесла:
- Да, глупее не бывает. Правда, Робин?
Пес поднял грустные глаза и четко ответил:
- Да, мама, - после чего виновато опустил голову.
- Ничего, не расстраивайся, - подбодрила его знакомая, и они пошли в сторону дома.
А гений дрессировки еще долго стоял с открытым ртом и вытаращенными глазами.

* * *
Попал я в больничку с пустячком, так, кое-что отрезать. Ну, чтоб без очередей, через знакомую жены, все анализы на месте и без мытарств. Доктор глянул на моё лишнее, что отрезать надо, и говорит:
- Денька два придется у нас побыть на всякий случай.
Сестричка у него спрашивает:
- А куда его поместить, у нас свободных коек нет.
- Так, а восьмая свободная?
- Да, но..
- Ничего, ничего - два дня он всего, не больше.
- Ладно, доктор, а вы, больной, идемте со мной, я сейчас ключ возьму, всё вам покажу.
Иду за ней, а сам думаю: если вниз поведет, типа в морг, надо запоминать дорогу, если что как обратно сигать. Нет, прям на этаже, открывает ключиком дверь:
- Вот ваша палата, вот вам ключ, располагайтесь. Пойдете гулять - дверь на ключ.
Блин, смотрю - одноместные хоромы, всё блестит и сияет, телевизор, все дела...
Ну, полежал, пошел гулять. Коридор длиннющий, по стеночкам больные туда-сюда. Тетка тачку катит - кастрюльки, тарелки, ложки:
- Пропустите, обед везу!
- А мне где пообедать? Я ходячий.
- Новенький, что-ли?
- Я-то? Сегодня вот, недавно...
- А тебе нету, только завтра будет, придешь в столовую, - и покатила дальше, гремя кастрюлями.
Обед обломался, стало скучно, гуляю дальше. Смотрю, тетка обратно рулит:
- Может, что-нибудь все-таки дадите? А то не доживу до завтра.
- Он ещё и шутит! Давай, иди в свою палату, не мешайся тут! Где твоя палата?
- Моя-то? Вон там - восьмая.
- ВОСЬМАЯ?!
И тут всё испарилось - и тетенька, и тачка, и кастрюльки. Ну, блин, - думаю, - наверное, меня в какую-то особо заразную палату поместили.
Невесёлый прибрёл в свою восьмую, включил телик. Тук-тук, - так тихонечко кто-то в дверь скоблится:
- Извините, можно к вам? Мы обед привезли. Тут недоразумение вышло, сейчас всё исправим. Вы можете не вставать, мы вас покормим. Анечка сейчас стол накроет и поможет. Анечка, я дальше, а ты покорми больного.
- Анечка, это что у вас такое творится? Исполняете последнее желание приговоренных?
- Хи-хи, что вы, что вы... У нас такой хороший доктор и весь персонал, и палата у вас такая... Так что мы вас спасем.
- Анечка, а что с палатой? Она не для заразных?
- Ой, насмешили. Она у нас для особо важных персон, всегда закрыта, очень редко открываем. Отдыхайте, я сейчас всё приберу, если вам что вдруг нужно будет, вот есть кнопочка... Сегодня моя смена...