мобильная версия
Меню
Занятные буковки

Смешные истории - 172


* * *
Свела меня жизнь с одним мужичком, которого партия полвека назад направила учиться собирать "Жигули" на итальянскую фирму "Фиат", вместе с другими работягами и инженерами.
Учились они хорошо, но через пару недель их пребывания случилась на "Фиате" забастовка рабочих. Профсоюз с красными флагами перекрыл все входы, никого не пускают на завод, а у наших загранкомандировка, государство валюту тратит...
Короче, подошёл тот мужичок к их главному с "матюгальником" и говорит через переводчика:
- Молодец, комрад, хорошо борешься с проклятыми буржуинами! Но мы коммунисты из страны победившего социализма. Поэтому ты быстренько пропусти нас и тех, кто должен нас обучать, а потом борись дальше.
Что тут началось! Ему до сих пор страшно вспоминать. Этот их главный, как начал орать в "матюгальник":
- Какие вы коммунисты? Вы - штрейкбрехеры! Продались в рабство своему хозяину за десяток лир и готовы, ради увеличения доходов своего хозяина, предать своих братьев - рабочих!
Короче, до конца забастовки они на завод так и не попали. А он впервые задумался - а не рабы ли мы? Какая разница, кто твой хозяин - человек или государство? И почему, если СССР - страна победившего социализма, то одно из самых страшных преступлений в ней - это борьба наёмных работников за свои права?

* * *
Ехали мы как-то с приятелями в московском метро по оранжевой ветке. С ними была дочка лет четырех. Прозвучало очередное объявление:
- Следующая станция "Бабушкинская".
Дочка спросила: "Бабушкинская - это потому, что там бабушки живут?"
"Нет", - ответила ей мама. - "Станция так называется в честь летчика Бабушкина, который... который... В честь летчика она называется, в общем!"
Мы подъехали к станции, голос объявил:
- Станция "Бабушкинская"!
Открылись двери, и в них поочередно вошли сразу три старушки.
Дочка молча посмотрела на маму скептическим взглядом, в котором ясно читалось: "Ты, конечно, можешь мне тут сказки рассказывать! Но я и сама прекрасно вижу, почему эта станция так называется!"

* * *
Дали мне на сдачу китайскую зажигалку с фонариком. Дело было в Находке, Китай под боком, такие зажигалки там копейки стоили. Проверил зажигалку - горит, фонарик светит.
Работы тогда было много, в день по три совещания. Последнее начиналось в одиннадцать часов вечера в штабе, под который мы снимали квартиру на третьем этаже в старом доме с высокими потолками.
В тот вечер я вышел из квартиры последним. Начал спускаться по ступенькам в полной темноте, ни одна лампочка не горела. В тишине было слышно, как внизу открылась дверь, и кто-то начал подниматься по широкой лестнице. И, судя по энергичному цокоту каблучков, кто-то молодой и интересный.
А насколько интересный? Заговорить, что ли? Ага, в полной темноте из тишины (я был в кроссовках) сказать что-нибудь басом, типа: "Бог в помощь!"
И тут я вспомнил про зажигалку. Достал из кармана и приготовился заранее осветить путь перед таинственной незнакомкой. Типа, вон он я - путеводная звезда! А там и первую фразу какую-нибудь можно придумать.
И вот, когда мы с разных сторон подошли к промежуточной площадке между лестничными пролетами, я жестом фокусника нажал на кнопочку и направил луч света на площадку прямо перед ней.
И мы вдвоем уставились на световое пятно. В круге была отчетливо, как в диафильме, видна картинка, изображающая обнаженного мужика, совокупляющегося с грудастой девицей.
Пауза длилась долго. Мы тупо стояли и смотрели на картинку. Потом я выключил фонарик и в полной темноте и тишине осторожно пошел к выходу. Я так и не смог придумать первой фразы. А что подумала девушка, перед которой в полной темноте кто-то включил такое, я до сих пор стараюсь не представлять...

* * *
Своего деда я не застал. Интересную историю из его молодости пересказал мне отец.
Дело было примерно в 1918-1920 годах. Революция разделила народ: кто-то был за красных, кто-то за белых, кто-то сам за себя. Дед был за красных, хотя происходил из яицких казаков, как сам о себе говорил. Возможно, сказались гены прапра(много раз)прадеда - поляка, участника восстания Костюшко, сосланного за это на Урал.
Дед в то время был еще мальчишкой. Красные дали ему мандат, маузер и отправили в одну из деревень собирать с крестьян урожай и переправлять его в город. На ниве этой дед, похоже, не особо усердствовал, но история не совсем об этом.
Как-то раз, купаясь в речке, дед познакомился с местным деревенским парнем. Поговорили, слово за слово, подружились. А парень возьми и признайся:
- Знал бы ты, кто я, ты б со мной и разговаривать не стал.
- С чего бы это? - удивился дед.
- А с того, что я попович, сын деревенского попа.
- И что с того?! - возмутился дед.
Словом, юный защитник революции проявил классовую близорукость. Так они и дружили с тех пор.
В то время настроения и власть менялись быстро. Вот и казаки передумали советскую власть поддерживать. Советы разогнали, коммунистов перестреляли. Разъезды стали ездить по деревням, отлавливали и расстреливали (или вешали) пойманных представителей красной власти.
Дошла очередь и до моего деда. Вывели казаки его на улицу. Поставили к стенке. Наряд уже выстроился и приготовился. Со слов отца, дед вспоминал, что молодой был, глупый, ничего не боялся. Только небо запомнилось - синее-синее. Солнышко мягкое, теплое. День хороший был, погожий.
И тут вышел на улицу к казакам святой отец. Да не просто вышел, а при полном парадном облачении. С иконою в окладе, да с молитвою. И обратился к казакам с речью, мол, что ж вы, ироды окаянные, делаете-то. Парень-то, мол, хоть с мандатом и маузером, но зла никому не делал, не зверствовал, как иные. Вы его сейчас шлепнете и уедете, а к нам заместо него другого пришлют, и не факт, что лучше. А вот что хуже, так это наверняка.
Словом, уговорил батюшка казаков. Старшой подозвал деда, перетянул его нагайкой поперек спины и велел с глаз долой скрыться. Так дед и жив остался. В этот раз.

* * *
Лет 10 назад ко мне в Сирию приехал брат с женой. Конечно же был организован отдых на море. На пляже можно было увидеть купающихся женщин и в халатах, и в футболках с шортами, и в купальниках. Для неподготовленного мировосприятия брата это было необычным, но апофеозом стала тетка, которая пришла на пляж в платке, плаще до пят, чулках и туфлях. Не останавливаясь, она, как была, пошла в воду.
Брат сначала непонимающе смотрел, а потом вдруг с криком: "Вашу мать, человек же топиться пошел!!!" - рванул ее спасать.
Хорошо, что мы успели его перехватить, иначе получил бы от правоверных...

* * *
У моей соседки был раньше попугай. Талантливый слишком. За короткий период времени научился он воспроизводить звук дверного звонка. И бедная соседка по 20 раз на день открывала дверь. Позже, на день рождения ей подарили собаку. И частая беготня к двери прекратилась, так как, когда в дверь реально звонили, собака лаяла. Хозяйка ходила, нарадоваться не могла своей собакой. Но недолго длилось ее счастье. Через две недели попугай начал "звонить", а затем лаять.

* * *
"Доверяй лишь тем, кто может потерять столько же, сколько ты сам."
(Правило Брейлека)


Сегодня двоим хорошим людям слегка подпортили жизнь плохие. А самое обидное то, что плохие подпортили жизнь не лично, а всего лишь одним фактом своего существования на белом свете.
Первым хорошим человеком был я (во всяком случае, в этой истории).
Моросил холодный, зашиворотный дождик, я ехал с дачи, чтобы встретить жену с электрички. По раскисшей дороге торопилась, почти бежала, молоденькая девушка с большой сумкой. Торопилась, но тщательно выбирала более-менее твердые островки, чтобы окончательно не испачкать пока еще белые туфли. Девушка и была вторым хорошим человеком.
Я поравнялся с ней, открыл окно и сказал:
- Девушка, я еду на станцию, если вы тоже туда, то садитесь, подвезу.
Она остановилась, улыбнулась мне, как старому знакомому, и сказала:
- Большое спасибо за предложение, я как раз бы с вами успела на электричку до перерыва... Но, к сожалению, мне придется топать под этим дурацким дождем еще целый километр до остановки, а там черти-сколько торчать, ждать маршрутку. Эх, жаль, но я вынуждена отказаться. Боюсь. Уж извините за недоверие, ничего личного. Наверняка, вы хороший и добрый человек, но...
- Ну, что вы, сударыня, я вполне вас понимаю, поддерживаю и даже одобряю. Ситуация у нас патовая, чем больше я буду доказывать, что я не злодей, тем подозрительней буду выглядеть в ваших глазах.
- Да, уж.
Я подставил кулак, она, улыбаясь, ткнула в него своим холодным и мокрым кулачком, и мы продолжили свой путь на станцию, только разными путями и с очень разной скоростью...

* * *
К историям про хамство при досмотрах.
Наблюдала как-то на выходе из большого универмага, как работает служба безопасности. Сработала звонилка, когда выходил один из покупателей с парой пакетов. К нему тут же подошли двое сотрудников безопасности и вежливо попросили отойти в сторону. Далее последовала проверка содержимого пакетов, проверка магазинного чека. Все заняло минуту, максимум две. Тут же старший, извиняясь, достает откуда-то из-под своего прилавка плитку шоколада и вручает "пострадавшему". Покупатель, улыбаясь, уходит с пакетами и с шоколадкой, а я стою обалдевшая. Вот ведь, думаю, сервис.
Да, забыла уточнить. Это было во Франкфурте-на-Майне.

* * *
В детстве я часто жила у бабушки с дедушкой. Мне было лет пять, когда меня страшно заинтересовали слова, которые я часто слышала от них: "Надо встать досвита." Ударение в слове "досвита" падало на первый слог.
Мучилась я долго, ничего придумать не смогла и попросила дедушку объяснить мне, кто этот таинственный "досвит". Он долго смеялся, а потом сказал, что это означает встать до рассвета. Тут же возник второй вопрос: "Что такое рассвет?"
Все дело в том, что окна в моей спальне на ночь закрывались ставнями. Чтобы ребенку солнце спать не мешало. И ребенок спал. Иногда и до одиннадцати утра. А тут оказалось, что есть какой-то таинственный рассвет, о котором все знают, а я не знаю.
И я стала каждый день уговаривать дедушку, чтобы он показал мне рассвет. С бабушкой разговаривать на эту тему было бесполезно. Ответ всегда был один: "Не морочь голову!"
И я уговорила его! Но дедушка честно предупредил, что разбудит меня рано. Очень рано. Я была согласна на все, ведь меня ждал рассвет!
На следующее утро дед, как и обещал, разбудил меня очень рано. Мы сели на порог, дедушка укрыл меня полой своей меховой безрукавки и сказал, куда нужно смотреть. Бабушка пошла доить корову, сказав по пути: "Что малый, что старый, прости, Господи, оба дурные!"
И вот я сижу, смотрю на восток почти не мигая (а вдруг пропущу!), в тишине слышно, как звонко струйки молока разговаривают с ведром, под стрехой закопошились в многочисленных гнездах воробьи. Их так много, что кажется, это не воробьи, а рой пчел. Только очень больших.
И вдруг что-то на небосклоне меняется! Нежно розовеют облака, все вокруг светлеет. Там, за горизонтом, что-то происходит! Что-то очень необычное!
И вдруг откуда-то всплывает огромный медно-красный диск несказанной красоты! От восторга я почти не могу говорить и только шепчу:
- Дедушка, что это?!
- Это Солнце, Веруня!
Бабушка уже подоила корову и наливает мне в кружку парного молока. А я не люблю парное молоко, мне кажется, что оно живое. Не могу его пить. До сих пор не могу.
Но чашка... Она была большая, с толстыми стенками и ручкой, похожей на половинку толстого бублика. По белому фону были разбросаны редкие ягоды и листья земляники. Из такой красавицы можно было и молоко ненавистное выпить.
Уже давно нет дедушки и бабушки. Нет того дома, где они жили. Ничего нет... А в памяти остался восход, подаренный мне дедом, и чашка...

* * *
- Не то, чтобы я верила в Деда Мороза... - задумчиво произнесла моя девятилетняя дочка утром 31-го декабря, - но письмо ему все-таки напишу. Хочу набор "Голубые кристаллы"!
У меня ухнуло сердце. Набор для выращивания кристаллов, причем непременно синего цвета, был её давней мечтой. Я спрашивала его по детским магазинам весь год, но коварные кристаллики были неуловимы. И вот: тридцать первое, в доме уборка и оливье, искать времени нет...
Дочка скребет карандашом по бумаге, царапая мне душу. Ну, нельзя же так издеваться над сказкой! С тоской представляю, как утром буду объяснять, что письма Деду Морозу надо писать заранее, за две недели минимум, потому что возможности волшебства не безграничны. Понуро иду запускать "Иронию судьбы" - обязательный фон новогодних хлопот.
В середине дня закончилось масло. По пути в супермаркет, в витрине зоотоваров (!) вижу коробку с кристаллами. Подхожу. Распродажа игрушек. Кристаллы. Голубые! Беру!
Это я все к чему? Я, конечно, взрослая. И в сказки мне верить не полагается. Но пофиг.
- Дед Мороз, спасибо тебе большое!!!

* * *
До Нового 1992-го года оставался всего час.
Девчонки давно уже накромсали салатики, накрасились, переоделись и ждали меня с бутылкой и тортом. Побегал я по магазинам, оказалось, что с теперешней весёлой гиперинфляцией, денег хватало только на что-то одно, да и то не самое лучшее, и я сделал эгоистичный выбор в пользу тортика.
Общага уже затаилась в предвкушении праздника, в коридорах почти никого. Вдруг, какой-то тихий жалобный писк и нервное постукивание монеткой. Подхожу к лифту, слышу:
- Я внутри! Позовите, пожалуйста, кого-нибудь! Через сорок минут Новый Год. Что же мне, до утра тут сидеть?
С невероятным трудом я раздвинул дверь сантиметра на четыре и в щель рассмотрел заплаканную блондинку с потёкшей тушью. Как её звали, я не знал. Единственное, что я о ней знал, так это то, что живёт она на третьем этаже, и по ней, еще с первого курса, безответно сохнет двухметровый армянин Тигран, мой товарищ по околачиванию груш в боксёрском зальчике. Блондинка всячески избегала Тиграна. Как он только не подкатывал - и с цветами, и без - а в ответ одна реакция - надменно поджатые губки и: "Молодой человек, мне это неинтересно, позвольте пройти". Видимо, просто боялась больших и свирепых кавказцев, хотя Тигран был страшен только в боксёрских перчатках, а в быту он интеллигентнейший человек, даже детей на "вы" называл.
Естественно, вахтёрши на боевом посту уже не было, и я, прихватив с её стола толстую книгу учёта, вернулся к лифту и вбил её в щель между дверями, чтобы девушка хотя бы дышала там.
- Не хочу вас расстраивать, девушка, но вряд ли за полчаса до Нового Года во всём Питере можно найти хоть какого-нибудь лифтёра. Так что, я даже не знаю, чем вам помочь. Если хотите, могу сходить, сказать вашим соседкам. В какой комнате вы живёте?
- Да, ладно, спасибо, мне ещё соседок здесь не хватало. Они только поржут и пойдут дальше праздновать. Ну, вы тоже идите, с наступающим и спасибо за воздух.
Я как мог подбодрил несчастную блондинку, попрощался и с тортиком в руке и камешком на душе побежал вверх по лестнице, ведь меня и самого давно заждались.
На шестом этаже я резко остановился, сбросил камешек с души, развернулся и помчался на четвёртый.
В комнате у Тиграна огромная армянская толпа спортсменов уже вовсю пила и хохотала. Я позвал Тиграна.
- Вопрос всей твоей жизни и смерти. Сосредоточься - это важно. Готов воспринимать? Тогда слушай. Меняю ценнейшую информацию всего лишь на бутылку армянского коньяка. Соглашайся, не пожалеешь.
- Бррат, заходи, посиди с нами, а с коньяком ну, никак, у самих только три бутылки, бррат...
Тогда я рассказал про застрявший лифт и его невольную белокурую начинку. Тигран сделал бешеные глаза и потребовал, чтобы я поклялся здоровьем будущих детей, что не вру, потом вручил мне бутылку коньяка, а бонусом еще и бутылку шампанского, и как был в белых носках, так и убежал вниз по лестнице.
Часов до четырёх утра на первом этаже можно было наблюдать идиллическую картину: на полу возле лифта, в окружении тарелочек, сидел Тигран, одной рукой он прижимал к дверям бокал с соломинкой, а другой - аккуратно длинной деревянной линейкой "кормил лифт" салатом оливье.
А после зимних каникул Тигран со своей блондинкой сняли квартиру где-то на Петроградке и навсегда переехали туда. Так я лишился отличного спарринг-партнера, но это уже совсем другая история.

* * *
Как-то довелось со старшим товарищем по служебному вопросу пойти в психушку.
Охраняемые переходы с железными решетками, металлическая дверь с несколькими замками.
В сопровождении могучего медбрата зашли в большой светлый зал, где находились мужчины, одетые в какое-то подобие униформы.
В зале стояла практически тишина, а больные окружили двух сидевших за столом игроков в шахматы, сосредоточено смотревших на расставленные фигуры. Лица стоявших вокруг людей были спокойны и выражали реальную заинтересованность. Когда медбрат нашел нужного нам человека и, слегка тронув его за руку, позвал идти за собой, тот очень вежливо прошел среди других больных, в свою очередь предупредительно расступавшихся перед ним. Коротая беседа прошла очень конкретно, он правильно выражал свои ответы и сам задавал толковые встречные вопросы.
Вернувшись с коллегой на работу, попали на руководящий разнос в коридоре, доставлявший явное удовольствие нашему начальнику и преданно смотревшим ему в рот начальничкам рангом поменьше. Разнос нас не касался, но сравнить было с чем. Хотелось бы сказать про страну контрастов, но не буду...