мобильная версия
Меню
Занятные буковки

Смешные истории - 116


* * *
Дело было так: на Новый год у бабушки с дедушкой, куда Дениску брали пожить на неделю, в отдельной комнате стояла ёлка. И под неё каждый вечер клался маленький подарочек, который Дениска утром с восторгом находил, якобы от Деда Мороза.
Как-то вечерком внук дедов чем-то порядком достал, и они сказали, что утром подарка от Деда Мороза не будет, потому как они ему расскажут о плохом поведении мальчика.
А ещё в доме жила кошка. Очень приличная, приученная к туалету кошка. Но в эту ночь на нее что-то нашло, и она навалила под ёлку приличную кучу.
Лицо ребёнка, по привычке полезшего за подарком на следующее утро, вспоминают всей семьёй до сих пор...

* * *
И не сказать, что бабка Настасья была такой уж шибко набожной, нет. Но иконы в красном углу стояли, сколько я себя помню. Там же постоянно горела маленькая синяя лампадка. Я любил смотреть на неё в сумерках, перед сном.
А мать ни в какого бога не верила, а наоборот. В девках имела весёлый задорный характер, была передовой колхозницей, комсомолкой, ударницей и бригадиром комсомольско-молодежной бригады.
Через это у них с бабкой организовался затяжной конфликт. Мать требовала убрать иконы с глаз долой. Бабка была категорически против. Мать проводила с ней агитационную работу. Стыдила, пугала партией, правительством, лично товарищем Сталиным, и даже один раз пыталась фальшиво и неудачно заплакать. Бабка за веру стояла твёрдо. Периодически то одна, то другая пытались привлечь на свою сторону деда. Бесполезно. Дед, как Швейцария, сохранял нейтралитет. Только посмеивался в усы. На самом деле, ему было абсолютно пофиг. Ему вообще всё было пофиг, кроме лошадей, бани по субботам, да осколка в правом боку, который ныл к непогоде и мешал ездить верхом.
И так бы эта бабья война и тянулась до бесконечности, если бы не одно роковое событие.
На очередном комсомольском отчетно-перевыборном собрании мать избрали секретарём комсомольской организации колхоза. Тут ситуация совсем уж получалась некстати. Чтоб у комсомолки, бригадира, секретаря - в доме иконостас? Да это ж курам насмех!
И мать поставила вопрос ребром. Дело дошло до скандала.
- Да мне из-за тебя людям в глаза глядеть стыдно! - кричала мать.
- А мне из-за тебя - нет. - спокойно парировала бабка.
И тогда мать в сердцах брякнула:
- Ах так?! Я твои иконы ночью возьму и спалю к чертовой матери!
- Токо попробуй! - взвилась бабка и погрозила дочери костылём.
- А вот посмотришь завтра! - крикнула та и, хлопнув дверью, поскакала заниматься своей комсомольско-молодежной ерундой.
Дело было к вечеру. Бабка осталась дома одна. Дед торчал на конюшне, мог прийти заполночь, а то и совсем не прийти.
Бабка обиходила скотину и стала собираться ко сну. На душе было неспокойно. Зная вздорный и упрямый характер дочери, она не сомневалась, что та и вправду может ночью сунуть иконы в печь. И бабка решила отстаивать свободу совести и вероисповедания до конца. Шансы у одноногого инвалида против шустрой молодой девки были никакие. Это бабка понимала. Тогда она открыла сундук и достала дедово ружьё. Там же нашла два снаряженных солью патрона. Погасила свет и устроилась в углу на диванчике. Аккурат напротив иконостаса.
Брехала где-то собака, вдалеке за околицей смеялись девки и играла гармонь, уютно мерцал огонёк лампады, бабка прикрыла глаза...
Очнулась она оттого, что свет лампады метался по комнате. Кто-то стоял на табуретке, снимая иконы. Одну, вторую...
Бабка перекрестилась на задницу, которая загораживала ей святые лики, подняла ружьё, сказала: "Прости мя, Господи!", - и, не целясь, навскидку, шарахнула с двух стволов. Впрочем, расстояние было такое, что промахнуться она не могла.
- Уйёоооо!!! - нечеловеческим голосом заорал дед, бросил иконы и схватился за задницу.
Бабка выронила ружьё и упала в обморок.
Вечером дед выпил с мужиками по маленькой и совсем уж было собрался заночевать в конюшне, но желание закрепить результат стопочкой-другой перебороло лень. Он собрался и пошел домой. Заначку дед держал в самом на его взгляд надёжном и остроумном месте. За иконами. А что? С одной стороны - никто не полезет, с другой - всегда под рукой. Ну, откуда ему было знать, что именно на сегодня его бабы назначат генеральное сражение в своей затяжной идеологической войне. Да ещё и с применением огнестрельного оружия.
Дед сидел голой задницей в тазике с водой, тихонько подвывал и периодически анестезировал себя внутрь оказавшейся весьма кстати заначкой. Сделав добрый глоток, он затягивал, стараясь перекричать боль:
- ...В тёооомную нооочь ты, любимая, знаю не спиииишь. И у детской кроватки... С ружжоооом!!! Ты меня поджидаиииишшш!
Он был уже изрядно пьян, дед. Речь его становилась несвязной. Он делал очередной глоток, смахивал набежавшую слезу и затягивал снова:
- Я шол к тебе четыре го-о-ода, я три держа... Три! Три войны! Белые меня хотели убить... Фашысты... Ты хоть знаешь, скоко меня фашыстов хотело убить? Мильён!!! Мильён фашыстов меня хотело убить! Меня! И х..й! Х..я им! А родная жена бац - и... Да куда! Прямо в ёптвоюмать! Я завтра помру, что люди скажут? Напишут - тут покоится Грегорей! Красный командир! Орденоносец! Герой войны! Убитый своёй бабой из свово ружжа в свою жо...ооойййййййй какой позор!
- Да помолчи ты, герой-орденоносец! - махала на него тряпкой проходившая мимо бабка. - Ишь чево удумал?! Бутылку за иконы прятать! Вот Господь-то тебя и наказал!
- Он в двадцать девятом! Уййй!.. В двадцать девятом он меня наказал! В двадцать девятом! Когда я тебя дуру в жены взял! Тёоооомнааая нооочь, тоолько пуули...
Больше на бабкины иконы никто не покушался.
А где-то через год после её смерти мать потушила лампадку, достала иконы и убрала их в сундук.
- Зачем она иконы убрала? - спросил я вечером у отца.
Вот тогда он и рассказал мне эту печальную историю.

* * *
Сидим с подругой и сыном в кафе. Сыну 3 года. Коктейльчик пьем.
За соседним столиком сидит небедно прикинутый негр, изысканно потягивает вино и оглядывается вокруг на предмет - кого бы снять. Замечает компанию из пяти девушек за соседним столиком и начинает этакие поползновения к знакомству. Те его быстро отшивают, им и так весело. Тогда он оборачивается к нам.
- Э... Какь вяс зовуть? Я есть мочь вяс угастить?
Мы ни слова сказать не успели.
Сынуля вылезает со своего места, упирает руки в боки и злобно этак говорит:
- Иди домой!
Негр застывает в ступоре. Мелкий, видя, что его не вполне поняли, подходит ко мне, кладет руку на плечо и говорит:
- Мама - МОЯ!
Следом к подруге:
- Настя тоже моя! А ТЫ - иди домой!
Опешивший негр снова поворачивается к другой компании. Но не тут-то было. Малыш подбегает к ним:
- И эта тётя тоже моя! И эта! И эта! А ТЫ ИДИ ДОМОЙ!!!
Ушел.
Проржавшиеся девчонки закормили "защитника" сладостями, но история на этом не закончилась.
Спустя пару недель отдыхаем с той же подругой на пляже и видим того же самого негра. С радостной улыбкой направляется к нам.
И тут из кустов вылезает сынуля. С совком в руке. Молча, но грозно смотрит на него.
- Я поняль. Я есть итить домой, - грустно выдыхает негр и уходит.

* * *
Со слов знакомой:
Ехали муж с женой по трассе. Их останавливают на посту, обычная проверка, дежурные вопросы, в том числе:
- Колющее, режущее оружие имеется?
Муж с юмором кивает в сторону жены, говорит: "Есть".
Мент, серьезно, возвращая документы:
- Не-е-ет, это - ПИЛЯЩЕЕ...

* * *
У меня, когда офис на Дзержинце был, я каждый день на работу и обратно ходил мимо супермаркета. Ну, такой, знаете, типа торговый центр, на первом этаже гастроном, на втором - павильончики всякие. А под лестницей на второй этаж притулился малюсенький киоск, корма для животных. Ничем совершенно не примечательный, кроме одного. Там, возле окошка, стояла обувная коробка, на которой от руки было написано: "На обед Василию". Или "Васе на еду", по-разному. Коробки потому что ветшали и менялись, менялась и надпись. Не менялся только сам хозяин коробки. Который сидел тут же, внизу.
Это был такой большой черный угрюмый кот. Целый день он сидел над своей коробкой. Но не просто сидел, нет. У Васи была забинтована передняя правая лапа, с когтей по локоть, и когда кто-то шел мимо на второй этаж, он эту лапу вытягивал перед собой, наклонял голову набок и жалобно глядел в глаза прохожему. Вид его при этом менялся разительно! Как у опытного рецидивиста на суде. Из мрачного мерзавца он моментально превращался в такую жалкую пусичку.
Надо ли говорить, что при таких раскладах Васина выручка за день значительно превышала оборот самого киоска? Я однажды, ради любопытства, заглянул в коробку. Знаете, мелочи там не было. Васе подавали щедро.
Сперва, наблюдая за Васей, я решил, что это кот продавца киоска. Оказалось - нет. Киоск закрывался, продавщица шла своей дорогой, а Вася - своей. Скорее всего, это был просто дворовый блудный кот. Всё свободное от работы время, пока торговый центр был закрыт, он шлялся по окрестностям. Однако, каждый день, ровно в половине девятого утра, он садился у дверей магазина и ждал открытия. И повязка на его лапе сияла белизной.
Я наблюдал эту бестию практически каждый день в течение двух лет. Лапа, конечно, у него была абсолютно здоровая, и в свободное от сердобольных взглядов время он пользовался ею как все прочие сородичи. За исключением одной особенности. Где бы Вася ни находился, что бы ни делал, ковырялся ли в помойке, драл ли зазевавшуюся муську, но стоило ему заметить на себе человеческий взгляд, как он тут же бросал всё, садился, вытягивал перед собой забинтованную лапу, смотрел прохожему в глаза, и вид его становился жалким и няшечным.
Но! Если вы один раз прошли мимо и ничего не положили в коробку, вы становились для него пустым местом. При виде вас он уже не тянул лапу и не делал жалкий вид. Он вас просто не замечал. Он помнил всех. Я не встречал в жизни другого живого существа, умевшего так наглядно продемонстрировать, что вас не существует. Неприятное, знаете ли, ощущение. Когда вы вроде есть, а вас нет...
Ну, вот. А потом помещения на втором этаже выкупил банк, и торговлю оттуда убрали. Киоск с едой для животных перекочевал на два квартала к центру. А Вася пропал. Не сразу пропал, нет. Ещё какое-то время он каждый день, с половины девятого, стабильно занимал своё место у двери. И ждал открытия. Но дверь не открывалась. Васю, конечно, подкармливали продавцы из гастронома. Но идти туда он категорически не желал.
Не желал он и перебираться на новое место. Продавщица из киоска жаловалась:
- Я его три раза забирала! И коробку ставила! Не сидит, зараза! Хоть привязывай!
Конечно, ей было печально. Такой кусок дневной выручки ушел мимо кассы.
А потом Вася совсем пропал, и я про него забыл.
Пока где-то, спустя наверное уже год, не заехал случайно на заправку на Старой Ярославке.
На пустой заправке, прямо под окошком кассы, сидел большой черный угрюмый кот. С забинтованной лапой. Правой передней.
- Вааааася! - радостно сказал я. - Так вот ты где, каналья! На работу устроился?
Вася продемонстрировал полное отсутствие меня в окружающем его пространстве.
- А! Помнишь меня, сукин кот! - засмеялся я Васиному злопамятству, но нисколько не расстроился.
Получив в кассе сдачу, отделил пятидесятирублёвую купюру, сунул её Васе под нос, и со словами: "Вот! Смотри!" - демонстративно положил в стоящую возле окошка кассы пластиковую коробку с солидной надписью: "Для кота".
Вася и ухом не повёл.
- Ну, и ладно! - сказал я, развернулся и пошел своей дорогой.
- Мрряяяуу! - внезапно раздалось сзади.
Я удивленно обернулся.
Вася сидел, протягивая ко мне свою забинтованную лапу, и вид у него был такой жалкий и несчастный, что хоть плачь.

* * *
Регулируемый пешеходный переход. Люди стоят, ждут зеленого человечка на светофоре. На той стороне дороги тоже народ. Наконец, светофор запищал, и пешеходы стали неспешно переходить улицу.
Вдруг, откуда ни возьмись, на перекресток выскакивает белый "мерин", и, бешено сигналя, с противным скрипом тормозов останавливается в нескольких сантиметрах от мелкого пацана, идущего по "зебре". За рулем мерседеса виднеется очаровательная, но бестолковая белокурая головка водителя. Она что-то кричит в раскрытое окно.
Почему-то никто не захотел скандалить, хотя было и так понятно, что барышня нарушает и, к тому же, хамит. Один только мелкий пацан не растерялся. Выхватив из сумки пакет со сметаной, он что есть силы запустил его в лобовое стекло машины. Внушительная часть брызг от разлетевшегося в клочья пакета попала в высунувшуюся в окно физиономию блондинки.
Пацан благополучно слинял, а перепачканная водительница стала усердно отплевываться и тереть платочком глаза. Белый цвет ей так был к лицу...

* * *
Севернее экватора. Коричневая река. Стоим по самые уши в воде. Ловим прохладу. Песчаная коса и сразу джунгли. Горкой поближе к воде составлено оружие. Два туземца, один с автоматом, другой с допотопным гранатометом, прохаживаются по косе, наставив оружие в сплетение зелени. Нам хорошо.
Стоим в воде второй час. Если не двигаться, то не потеешь. Вода в реке коричневая. Палец опустишь - кончика не увидишь...
Наконец выходим на берег, предлагаем - давай теперь вы.
- Нет, - говорят. - Нельзя.
- Почему?
- Крокодилы...
Немая сцена.
Потом через толмача долго вытягиваю суть.
Суть простая: "Вы - белые. Вас они не едят".
- Почему?!
- Но ведь не съели же?
Железная логика...

* * *
Как-то в приступе острой благодарности к миру я пообещала рассказать, почему кот Макар боится туалетного ершика. Я понимаю, что после этих слов людям представляются озлобленные хозяева кота, пытающиеся смыть его в унитаз. Или наоборот: хладнокровно, с циничной усмешкой отцепляющие один коготь за другим под отчаянный крик кота: НЕЕЕЕТ! А он изнутри смотрит на них, как Сталлоне, висящий на скале, и понятно уже, что сорвется. Но все было совсем не так.
Просто в детстве кот любил забираться на ободок унитаза. Он ходил по кругу, словно белый медведь вокруг полыньи, напряженно вглядываясь в глубину сизых вод. И в какой-то момент стремительно макал лапу в воду, с плеском выбрасывая наверх воображаемую добычу. У нас это называлось "ловля форели".
В один прекрасный день кот не удержался на ободке и свалился в полынью.
Разумеется, для четырехмесячного мэйн-куна в этом не было ничего опасного. Он отряхнулся и приподнялся на задние лапы, чтобы вылезти.
Но рядом случилась моя шестилетняя дочь. Она оценила обстановку и в ужасе завопила:
- Мама! Кот в унитазе! Он тонет!
- Ну, так помоги ему вылезти, - посоветовала я откуда-то издалека.
Это был опрометчивый совет. Мне стоило бы вспомнить, что мой ребенок довольно брезглив. Не могло идти и речи о том, чтобы она взяла на руки вымокшего унитазного кота.
Она поступила так, как подсказывали ей книжки и мультфильмы: схватила первый попавшийся длинный предмет и сунула его коту с криком:
- На!
Получив в нос с размаху туалетным ершиком, Макар покачнулся и сел. Не такого приема он ожидал...
А дочь, увидев, что кот ослаб и не в силах цепляться за спасительную палку, попыталась поддеть его под живот, чтобы вытащить наружу.
К тому моменту, когда я добралась до места трагедии, кот окончательно осознал, что гибель близка. Ему несколько раз качественно почистили рыло туалетным ершиком, после чего они стали очень похожи - ершик и кот.
Увидев меня, Макар зарыдал и протянул ко мне лапы в последней мольбе.
А дочь сквозь слезы сказала, что у нее ничего не получается, потому что ершик слишком маленький.
Услышав эти слова, кот сделал закономерный вывод: сейчас принесут большой. Ужас придал ему сил. Он вылетел из унитаза, как форель на нересте, пронесся мимо нас и скрылся в какой-то малозаметной щели. Ну, знаете, из тех, в которые с трудом забирается маленький паук, но куда легко пролезает при необходимости средних размеров кот. И там сидел до вечера, зализывая моральные раны.
С тех пор он боится двух вещей: ершика и тапочки. А так он совершенно бесстрашный.

* * *
Вчера после трудовой недели купил банку пива на дорогу домой (у нас в Тюмени пока не холодно, где-то минус 12), дождался автобуса, зашел и сел за двумя девушками. И услышал:
- А что у вас там с Димкой?
- Да расстались мы. Козел он.
- А в чем дело-то?
- В общем, смотри. Дэу Матиз стоит 170 тысяч. Ну, это простая. А мне нужно немного наворотов. Ну, это уже 200 штук. Он получает 20-22 в месяц. То есть, если по 18-19 в месяц платить, то примерно за год рассчитаемся. Ну, там с каждой зарплаты ему по 1-1,5 штуки на обеды, курить он, наверное, бросит, жить мы будем у моей мамы. Как тебе расклад?
- Да, все отлично. Ведь может даже он больше зарабатывает, только тебе не говорит.
- Ну вот. А он мне сказал: "Пошла ты в жопу со своей арифметикой!"...

* * *
Я - ленивая мама! А еще эгоистичная и беспечная. Хотите знать почему? Да потому, что хочу, чтобы мои дети выросли самостоятельными, инициативными и ответственными.
Работая в детском саду, я наблюдала немало примеров родительской гиперопеки. Особенно запомнился мне трехлетний Славик. Мама считала, что он обязан всегда все съедать, а то похудеет. Не знаю, как его кормили дома, но к нам он пришел с явным нарушением аппетита. Он механически жевал и глотал все, что дадут. Причем, его надо было кормить, потому что "сам он есть еще не умеет". И вот кормлю я его в первый день и не вижу вообще никаких эмоций на лице: подношу ложку - открывает рот, жует, глотает. Спрашиваю: "Тебе нравится каша?" "Нет", - но при этом открывает рот, жует, глотает. "Хочешь еще?" - подношу ложку. "Нет", - но все равно жует и глотает. "Не нравится, не ешь!" Глаза Славика округлились от удивления. Он не знал, что так можно...
Сначала Славик наслаждался полученным правом отказаться от еды и пил только компот. А потом начал есть с добавкой то, что ему нравится, и отодвигать тарелку с нелюбимым - у него появилась самостоятельность в выборе. А позже мы перестали кормить его с ложки, потому что еда - естественная потребность. И голодный ребенок поест сам.
Я ленивая мама. Мне было лень долго кормить своих детей. В год я вручала им ложку и садилась есть рядом. В полтора они уже орудовали вилкой.
Еще одна естественная потребность - справлять нужду. Славик делал это в штаны. Его мама сказала нам водить ребенка в туалет каждые 2 часа. "Я его дома сама сажаю на горшок и держу, пока он все дела не сделает". В итоге, в саду уже большой ребенок ждал, что его тоже будут водить в туалет. Не дождавшись, мочил штаны и даже не догадывался их снять, обратиться за помощью... Через неделю проблема была решена. "Я хочу писать!" - гордо оповещал группу Славик, направляясь к унитазу.
По выходным я люблю долго спать. В одну из суббот проснулась около 11. Мой сын, 2,5 лет смотрел мультик, жуя пряник. Телевизор включил сам, диск тоже нашел сам.
А старшего, которому 8, уже не было дома. Он накануне отпросился с другом и его родителями в кино. Я ленивая мама. Я сказала, что мне лень так рано вставать. И если он хочет в кино, то пусть сам заводит будильник и собирается. Надо же, не проспал... Конечно же, я тоже заводила себе будильник в телефоне, прислушивалась, как он собирается и закрывает дверь, дожидалась смс от мамы друга, но для ребенка это осталось за кадром.
А еще мне лень проверять портфель, рюкзак для самбо, сушить его вещи после бассейна и делать с ним уроки (кстати, учится он без троек). А еще мне лень выносить мусор, поэтому его выбрасывает сын по пути в школу. А еще я имею наглость попросить его сделать мне чай и принести к компьютеру. Подозреваю, что с каждым годом я буду становиться все ленивей...
Удивительная метаморфоза происходит с детьми, когда к нам приезжает бабушка. Старший тут же забывает, что он умеет сам делать уроки, разогревать себе обед, собирать портфель. И даже засыпать один в комнате боится - рядом должна сидеть бабушка!
А бабушка у нас не ленивая...
Дети несамостоятельны, если этого хотят взрослые.